Maverick Maverick Maverick

ВЕСЬ МИР - ТЕАТР

Разия Хасанова в проекте MAVERICKS: ВЕСЬ МИР — ТЕАТР

В 1887 году Вильям Грант основал дистиллерию Glenfiddich в Шотландии. Заручившись поддержкой своих девятерых детей, он создал компанию William Grant & Sons, которая является сегодня одной из немногих сохранившихся семейных компаний по производству односолодового напитка в Шотландии.

Как и Вильям Грант, герои проекта — настоящие mavericks, первооткрыватели, которые не боятся рисковать и менять правила игры. Первым героем стала режиссер-постановщик, продюсер, сценарист, арт-коуч и экспериментатор Разия Хасанова. Ее имя известно уже далеко за пределами театральных подмостков Алматы. О том, почему она не думает о зрителе и не хочет менять людей, автор самых громких театральных проектов последних лет рассказала в интервью BLVD.

Вы как “Человек Эпохи Возрождения” успеваете заниматься всем и сразу. Кем же вы считаете себя в первую очередь?

Сценаристом. Хотя я всегда видела себя продюсером, потому что с этого началась моя работа в театре. В данный же момент меня больше всего интересует основа — литература, текст.

Ваше творчество трудно вместить в какие-либо рамки и разложить по полочкам. Вы не перестаете экспериментировать, гармонично смешивая форматы и стили. Как бы вы сами определили жанр, в котором творите?

В данный момент это театр слова и пластики. А вообще у меня есть мечта сделать что-то комедийное. Я бы в принципе хотела добавлять в свои постановки какие-то арт вещи. Мне интересно работать с разными жанрами искусства, соединяя и смешивая их. Например, в новом спектакле "Огонь и Детка" мы будем не только танцевать, но и рисовать. Со временем я бы хотела также поэкспериментировать с необычным костюмом, попробовать рассказать историю через ткань и цвет. Это ведь безумно увлекательно — повествовать истории через цвет, пластику, музыку, слово. Сейчас мы всё это потихоньку пробуем, но хотим довести до пикового состояния - для того, чтобы задействовать все чувства зрителя.

С ранних лет вы росли в творческой атмосфере. Как именно на вас, вашу работу и личность, повлияла семья?

В профессиональном плане на меня больше повлияла даже не семья, а работа моей мамы на телевидении. Я с детства была окружена людьми, умеющими видеть и думать нестандартно. Очень хорошо помню цех декораторов в Мангистауском Телерадиокомплексе. Не знаю сегодняшнюю ситуацию, но в то время там работали очень интересные люди. Несмотря на ограниченные на тот момент технические возможности, они умели профессионально создавать “картинку”, которая в свою очередь подчеркивала и усиливала смысл посыла.

Вы работаете в театре сравнительно недавно. Желание связать свою жизнь с творчеством в вас было всегда?

Театром я начала заниматься примерно 3-4 года назад. Но даже занимаясь ивентами, я хотела превратить каждое мероприятие в мини театрализованное представление. Стремление к этой форме было во мне всегда. Например, помню как при прочтении классиков вроде Шекспира и Чехова в голове рисовались живые картинки. Поэтому литература всегда казалась мне даже увлекательнее кино. Хотя не менее интересно смотреть и на то, как осовременивают героев в фильмах, как влияет на наше сознание монтаж и как работают с интерпретируемым материалом современные актеры.

 

Не будет преувеличением сказать, что вы, если не возродили, то вдохнули в казахстанский театр новую жизнь. Ваши спектакли регулярно проходят с аншлагами и массовыми обсуждениями в СМИ и социальных сетях. Такие, например, как «Любовница» и «Другая Дюймовочка». Чем, на ваш взгляд, обоснована эта популярность?

Я на самом деле являюсь лишь частью этого “возрождения” казахстанского театра. Если говорить об антрепризе и альтернативном театре, у нас в Алматы очень много потрясающих коллективов. В нашем же случае людям просто нравится звуки и понятные, вневременные сюжеты. Можно выделить три главных составляющих - музыка, танец, история. К тому же у нас нет сумасшедших спецэффектов и безумных декораций, так что мы можем полагаться только на себя, свое тело и материал.

С какими трудностями вы столкнулись на пути к успеху, будучи одной из первых на своем поприще? И что помогло с ними справиться?

Главная проблема заключалась в кадрах. Найти людей, подготовленных одновременно драматически и физически, было нелегко - тех, кто способен рассказать историю не только телом, но и словом. Были, конечно, и бытовые проблемы. Например, с помещением, финансами. Но мы с этим достаточно легко справлялись, потому что я понимала, что вопрос заключается только в качестве нашей работы. Остальное решаемо. Если ты не врешь зрителю, он обязательно придет и купит билет. Самое главное - найти, подготовить, мотивировать и влюбить в свою идею людей.


При этом, вы не “почива́ете на лаврах” и все время двигаетесь вперед, меняя уже проверенную формулу. Нет страха совершить ошибку? Если есть, как вы с ним справляетесь?

Страха вообще никакого нет. Нет времени и желания бояться. Мысли заняты совершенно другим. Все время что-то пробуешь и думаешь о новых проектах. Экспериментировать можно и нужно. Главное, чтобы зрителю было интересно и у него была возможность полностью погрузиться в происходящее на сцене.

Насколько для вас важны мировые социальные тренды. Используете ли вы их при написании сценариев? Откуда в принципе берутся идеи ваших проектов?

На этот вопрос ответа нет. Но могу сказать точно, что о том, что сейчас в тренде я не думаю и специально какие-то “модные” темы не затрагиваю. Это просто неинтересно, потому что ничего толкового так не рождается. Как сказал Хемингуэй: «писать на самом деле очень просто. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью». Твоя боль и то, что тебя больше всего волнует, то и начинает обрастать людьми и сопутствующей информацией, обстоятельствами. Тебя будто подхватывает течением, которое и приводит к идее.

Многие люди творческих профессий на определенном этапе сталкиваются с выбором - хранить верность своему видению или идти на поводу у зрителя. Общество диктует свои правила. Сталкивались ли вы с подобной дилеммой, приходилось ли идти на компромисс?

Я с такими дилеммами не сталкивалась. Признаюсь, в такие моменты я вообще не думаю о зрителе. И это не оскорбление, ведь разговор идет на равных. Ты раскрываешь перед ним свою душу, и поэтому надо думать о том, что беспокоит в первую очередь тебя. Только тогда это честно. Иначе выходит какая-то натужная и вымученная история. В нашем театре часто можно услышать выражение - не считайте зрителя за идиота. Люди очень умны и чувствительны. Они все прекрасно понимают, слышат и видят. И учить их жизни не стоит.

Что же касается практической стороны работы, то, конечно, требуется гибкость. Даже в каких-то принципиальных вещах я стараюсь проявлять дипломатичность и слушать людей. Но в любом случае, поступаться своими принципами я просто не способна. Менять текст ради потенциальных партнеров я точно не буду.

Вы уже в театре не первый год. Изменился ли за это время зритель, стал ли он более образован, толерантен и подготовлен к чему-то новому и экспериментальному? Наблюдаете ли вы некий прогресс в обществе?

Глобальных изменений я не замечаю. Мне кажется, что их и не может быть. Просто потому что люди в целом не меняются, всегда оставаясь просто людьми. Такими же, как и тысячи лет назад. Взгляните хотя бы на ленту инстаграма за последнюю неделю. Не было ни одного человека, который бы не сфотографировал желтую листву. Все потому, что все мы одинаково реагируем на красоту, как и на что-то отвратительное. Каждый из нас рождается с определенной вмонтированной опцией - будь то любовь к родной земле или к жизни. Именно поэтому раскрыть в нас что-то хорошее, как и плохое, не составляет труда. В том числе и с помощью театральной постановки. Стоит лишь слегка повернуть повествование в другую сторону. Это как достичь популярности в интернете определенными фразами или провокационным фото. Результат один, а методы разные. Я в принципе считаю, что люди - изначально хорошие создания. Есть в нас что-то потрясающее. Поэтому, моя миссия - не менять зрителя, а заставить его чувствовать.

И кто в принципе является вашим зрителем? Можете ли вы его описать?

Нет. Даже с точки зрения “казахстанского зрителя”. Не так давно, например, мы приезжали с постановкой в Атырау. Значительная часть зала сидела в хиджабах. Признаюсь, перед спектаклем меня охватило волнение. Я просто не знала, как эти люди отреагируют на происходящее на сцене, ведь там есть и нагота, и определенная лексика. Когда же они с цветами и со слезами на глазах подходили и выражали восхищение, то для меня стало вообще очевидно - нет разницы где живет человек, как он одевается, какой он национальности. Безусловно есть разный уровень образования, начитанности и наполненности. Я встречала людей на своих спектаклях, впервые посетивших театр в 26-27 лет. Меня это удивляет и радует одновременно. Особенно, когда человек говорит, что обязательно вернется. Отсюда, наверное, и вырастает уважительное отношение к людям. Для меня это не пустой звук. Эти слова звучат на всех репетициях, за закрытыми дверями. Я каждый раз повторяю своим актерам - зрителю нужны честность и уважение.

Говоря о напутствиях и советах. Если бы вы сейчас встретили себя в юности, какой бы совет вы дали самой себе?

Иди танцуй!

Именно с Glenfiddich начинается история односолодовой категории. В 1963 году Сэнди Грант Гордон, правнук Вильяма Гранта, отправился в Нью-Йорк и произвел революцию, познакомив мир с Glenfiddich Straight Malt. 

Glenfiddich производится на дистиллерии уже более 125 лет и на сегодняшний день является самым титулованным в своей категории в мире.


Интервью | Бисетаева Далель.

Фото | Олег Зуев.

Выражаем благодарность Café Central за предоставленное место съемки.

 

comments powered by Disqus