ЗА ЖИЗНЬЮ

Убийца пожелал остаться неизвестным. Сергей Довлатов

Это точно карусель. Те, кто говорит, что тунель – принагло врут. Только не думайте, карусель не такая, которая быстро и весело кружится, где в воздухе пахнет жаренным попкорном, голубое небо без туч, аккуратно высаженные ели вдоль тротуаров и так же аккуратно расставленные пластмассовые пальмы, дешево выгорающие на солнце. Здесь нет детей в панамках и других детей, рядом, без головных уборов, с мороженым. Нет и обыкновенно расставленных лавок с китайским барахлом, тетечек с варенной кукурузой и продавцов приторно сладкой крашенной газировки. Отнюдь. Не на такую карусель ты садишься.

На аттракционе, в который попала я не по своей воле, недостает златогривого пони, слонов поросяче-розового цвета и лебедей, с покрашенными в серебро крыльями. Подумать только, как бы я была им рада! Вместо них есть тени людей, они с тобой, стоят на той же платформе и вертятся с такой же бешеной скоростью. То ли от нее, то ли от того, что нет вокруг никакого обещанного светлого неба, а темно, словно стоит глубокая ночь, никак не получается разглядеть лиц. Внутреннее чутье подсказывает, что эта толпа знакомых, возможно друзей, возможно врагов, а может быть тех и других. Ты чувствуешь, что вероятно с кем-то когда-то пил кофе, кого-то обнимал, ходил в один хореографический класс или занимался дыхательной йогой. Редкая чушь. Пытаешься, изо всех сил пытаешься, узнать их, но лица расплываются, не успев сформироваться во что-то конкретное. Однако, это не твоя первостепенная забота – сейчас это практически так же не нужно, как твердый знак в азбуке глухонемых.

Обращаешь внимание на свое тело. Вот она рука, твоя кисть, все такая же бледная и худая, твоя родинка у правого большого пальца и шрам от ожога на безымянном. И ноги, обутые, как и с утра, в старые замшевые ботинки синего цвета. Но все твое, будто бы твое тело, онемело, утратило чувствительность, былую гибкость. Теперь оно не подчиняется контролю, оно как-будто объявило гражданскую войну мозгу. Кстати, а как он там? Никак. Он тихо сдался и ждет казни. Попробуем разобраться с эмоциями. Чувствуешь ли ты сейчас что-нибудь? Зло, обиду, тоску, может быть гнев? А если от обратного: испытываешь ли счастье? Вдохновение? Любовь? Тебе вообще что-нибудь хочется?

Давай попробуем изобразить улыбку? Нет, выходит коряво. Это не более чем натяжение кожи на скулах и вокруг рта. У тебя ведь была прекрасная улыбка, не так ли? К черту все это, да поскорее! Игра затянулась. Итак, что у нас есть: я ничего не испытываю, мои конечности физически автономны, и я только и могу, что стоять дурнем на этой проклятой карусели.

Не может же быть вот это всё концом. Неужели люди рождаются, проживают долгие или не очень года и оказываются здесь, посреди теней, во вращающемся безумие? Или это только мой кошмар? Недаром, я с детства терпеть не могла парки развлечений с их опасными металическими конструкциями, а от мелодии мультипликационного журнала (кажется, так это называлось) «Веселая карусель» меня выворачивало, да и мультфильмы у них были откровенно гадкими.

Должно быть это какой-то буфер. Но что должно произойти, чтобы перейти на новый уровнь? Ладно, что случилось, то случилось. Нечего бесноваться, жаловаться, словно ты у Стены Плача, здесь тебя уже никто не услышит.

Стоп, пока я была занята жалением самой себя, картинка начала меняться. Тени стали более прозрачными, теперь лиц и вовсе стало не разглядеть, а вдалеке, за платформой, что-то очень похожее на воду ослепительно засверкало. О, вот сейчас и будет туннель, да-да, с тишиной и спокойствием. На том конце меня обязательно встретят, как минимум ангелы, судя по привлекательному блеску. Как же мне уже этого хочется! Я готова.

А это еще что-то такое? Сердце хаотичным ритмом ударило по барабанным перепонкам. Ощущение, что некто яро включил пятьдесят или пятьсот, не разобрать, разномастных мелодий. Что за омерзительный запах? Нет, я хочу туда, к воде, к покою.

Да остановите же эту карусель!

Никому не советую умирать. Даже понарошку, даже на бесконечные пять минут.


Текст | Марина Аничкина.

Иллюстрация | Лашын Уралбаева.

 

 

comments powered by Disqus